Ростислав Николаевич Барто (1902 — 1974) Весна. Произрастания. 1973 Монотипия.

Поздние монотипии Ростислава Барто обретают новое качество. Это тревожная, бледная истончённость, прозрачность, почти призрачность, материя на границе материальности, едва узнающая себя форма, забывчивость или не помнящее себя существование. Пробуждение природы похоже на пробуждение во сне, когда нам снится, что мы проснулись, и не сразу, в какой-то момент мы чувствуем, что продолжаем находиться во власти сна.

Эти весенние пейзажи изображают мир, погружённый в густой туман, как будто мы живём в аквариуме, как рыбки, тритоны и саламандры в комнате у художника. Как будто жизнь теряет сознание. Грустный, блёклый, запутавшийся в себе, по инерции существующий мир. Он то ли существует и произрастает во сне, то ли снится, то ли у него нет сил проснуться.