Константин Васильевич Кузнецов (1886 — 1943) Соловей. 1930-е

Культура, которая с вниманием и уважением вслушивается в другие языки и влюбляется в образы других цивилизаций, никогда не вторична, не маргинальна, не провинциальна. Мы можем себе позволить говорить о несовершенствах и неразвитости нашей  визуальной культуры. Ещё бы! У нас есть Андрей Рублёв и Врубель, у нас есть Борисов-Мусатов и Петров-Водкин, Филонов, Дейнека и Лабас. Нам можно.

Обожаю первую строку сказки Андерсена «Соловей»: «В Китае, как ты, наверное, знаешь, и сам император китаец, и все его подданные китайцы».

Как тонко слышит художник интонации совсем другой художественной культуры!

Константин Васильевич Кузнецов родился в деревне Починки, в Нижегородской губернии. Его манера рисунка обладает каким-то особенным благородством, артистическим аристократизмом. В ней чувствуется внутренняя дисциплинированность, не позволяющая рисовальщику впасть в плоское эстетство, в банальное стилизаторство. Нет. Это — проживание другого языка и любовь.