Арсений Леонидович Шульц (1910 — 1976) Танцы. 1929

Иногда художник говорит о времени так правдиво и точно, что приходит ясное понимание: он сам и создаёт его, человек и есть творец времени, форм, в которых остаётся эпоха; он не хронист, не описатель, он инженер и конструктор истории.  Пройдёт сто лет, и мы, живущие в совсем другом мире, будем говорить о прошлом его словами, видеть его глазами, но он сам и есть — время. Время собирается из случайностей и нелепостей, из беспечности и необязательности… и из дикой настойчивости, тупого труда.

Я часто думаю о том, что эти зарисовки талантливого мальчика, получившего только начальное художественное образование, воспринимаются сегодня как очень живые и искренние реплики времени, как непосредственные проявления живой человечности и поэтому являются настоящими событиями в культуре. В них нет натужного высокомерия, нет отстранённости, есть молодая жизнь. Глупая? Беспечная? Ну и что? Настоящая жизнь, настоящее время.