Соколов рисует, как виртуоз. Но он не виртуоз. В этой лёгкости есть много от юношеского дилетантизма и самоуверенности, но одновременно в ней много таланта и смелости. И ещё много внутреннего, напряжённого поиска красоты, которую как раз дискредитирует и от которой часто демонстративно отворачивается современное Соколову левое искусство первых десятилетий ХХ века, а он внутренне, самой своей душой нацелен на неё и находит её в самой жизни, причём в своей, реальной, очень непростой и даже трагичной жизни.

