Я смотрю в лицо этого мальчика и узнаю пожилого, но очень энергичного человека, которого я знал и часто встречал 30 лет тому назад. Но мои личные воспоминания — маленькая частность, ничто по сравнению с тем, как образ этого юного музыканта становится частью большой истории большой культуры, причём красивой и очень настоящей её частью. Искусство — это и есть память, живая память народа или память культуры, и в отличие от истории — это именно память души, души народа и души культуры.

