Василий Васильевич Почиталов (1902 — 1973) Весенний день. 1932

Искусство, которое родилось в Советской России после Великой революции, в самом деле стало совершенно исключительным явлением в мировой культуре: впервые в истории очень многие художники, лучшие молодые художники, те, кто с наибольшей полнотой мог выразить дух, настроение и содержание времени, работали не ради заработка, не в ожидании денег, а ради достижения какой-то вчера ещё немыслимо высокой гуманистической цели, ради воплощения какого-то неясного и совершенно утопического замысла в поиске того, что будет иметь смысл в глазах людей, которым суждено жить завтра.

Целое поколение приходит в искусство не в ожидании известности или в поисках лёгкой жизни и лёгких денег, а ради воплощения мечты о свободном, творческом, преобразующем мир труде человека, мечты вековой и глубоко народной.

Лабас, Дейнека, Никритин…

Ни прежде, ни потом не было более бескорыстного и проникнутого безусловной верой в человека, сосредоточенного на нём, искусства.

Василий Васильевич Почиталов (1902 — 1973) Автопортрет. 1920-е

Мы хорошо представляем внешность Василия Васильевича Почиталова по послевоенным фотографиям, когда он работал преподавателем в Московском государственном художественном институте имени В.И.Сурикова, Текстильном институте и Московской средней художественной школе: в лысом яйцеголовом человеке не сразу легко узнать этого мальчишку с худым и вытянутым, немного лошадиным лицом и копной волос на голове. Не сразу, но очевидно, это он! Есть целый ряд таких карандашных автопортретов, некоторые из них встречаются в московских галереях. Ну, если это кому-то интересно.

Что такое русское искусство ХХ века? Что такое искусство после авангарда? Каковы хронологические рамки авангарда? Является ли беспредметность как исследование чистой формы высшей точкой в развитии изобразительного искусства и почему русское искусство в 1920-х сделало решительный шаг в сторону производственничества и фигуративности? Чем отличаются авангардистские направления 1920-х от дореволюционного авангарда? Существует ли такое понятие, как Большой Серебряный век? Имеет право на существование такое понятие как поставангард? Является ли диссидентское искусство 1960-х — 1970-х подлинным нонконформизмом, или это и есть исторический конформизм? Конформизм в глобальном масштабе? Вопросы, искусство и есть вопросы, которые задаёт себе человек. И это не об искусстве, это о себе, о своей истории и о выражении или понимании самой своей сущности, своей природы, самоопределения в мире.

Василий Васильевич Почиталов (1902 — 1973) Город в снегу. 1931

Искусство, которое родилось в Советской России после Великой революции, в самом деле стало совершенно исключительным явлением в мировой культуре: впервые в истории очень многие художники, лучшие молодые художники, те, кто с наибольшей полнотой мог выразить дух, настроение и содержание времени, работали не ради заработка, не в ожидании денег, а ради достижения какой-то вчера ещё немыслимо высокой гуманистической цели, ради воплощения какого-то неясного и совершенно утопического замысла в поиске того, что будет иметь смысл в глазах людей, которым суждено жить завтра.

Целое поколение приходит в искусство не в ожидании известности или в поисках лёгкой жизни и лёгких денег, а ради воплощения мечты о свободном, творческом, преобразующем мир труде человека, мечты вековой и глубоко народной.

Лабас, Дейнека, Никритин…

Ни прежде, ни потом не было более бескорыстного и проникнутого безусловной верой в человека, сосредоточеннного на нём, искусства.

Василий Васильевич Почиталов (1902 — 1973)
Весенний день. 1932

Василий Васильевич Почиталов (1903 — 1973) Летний день. Начало 1930-х

Художнику совершенно не обязательно подчёркивать и акцентировать некую авторскую манеру и тем самым ограничивать себя, выдумывая какого-то персонажа, чтобы создавать глубоко индивидуальные, сразу узнаваемые и ни на кого не похожие работы. Нужно просто найти в себе смелость не заглушить свой собственный голос, что бы о нём ни говорили те, кто будет оценивать, сравнивать, критиковать.

При всей простоте и скромности своих пейзажей и натюрмортов Почиталов, если посмотреть хотя бы несколько его работ, становится очень узнаваемым одним только голубым цветом, которым он пишет небо. Он разный, летний, южный, весенний или зимний, московский, но он узнаваемо почиталовский, звонкий, плотный, как твердь. Очень самостоятельный и честный художник. Не случайно у него было так много безусловно уважавших его учеников.

Василий Васильевич Почиталов (1902 — 1973) Натюрморт с грушами и яблоками. 1935

Почиталов — ученик Александра Васильевича Шевченко и сам выдающийся педагог. Кто только не учился у него! Сорокин, Стожаров, Оссовский, Бирштейн. Коржев. Даже Юрий Савельевич Злотников вспоминал Василия Васильевича как замечательного учителя, которому многим обязаны многие и многие советские художники. Именно об этом он  напомнил Илье Кабакову на знаменитой встрече в Гараже в присутствии Жуковой и Свибловой.

Преемственность и передача представления о высоком духовном предназначении живописи — важнейшая черта русского искусства ХХ века.

Живопись Почиталова прекрасна. Она в самом деле светоносна. Помню, как проходил мимо стоящего в тёмном коридоре его «Натюрморта с тыквой». Были глубокие сумерки. У меня возникло впечатление, что картина светится изнутри тихим, мерцающим, как тлеющие угли, тёплым светом. Это удивительная, честная, глубокая, и какая-то обращённая в себя, вовнутрь, в глубину самопознания, к самой себе, живопись.